Режим
работы суда12 августа Верховный Суд вынес Определение по делу № 18-КГ25-252-К4, в котором разъяснил нюансы восстановления пропущенного срока исковой давности в споре о взыскании страхового возмещения, связанного с ДТП.
24 мая 2019 г. по вине водителя Т. произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого был поврежден принадлежащий Эдуарду Трофименко автомобиль. На момент ДТП гражданская ответственность владельцев обоих транспортных средств была застрахована в СПАО «Ингосстрах».
25 июня 2019 г. «Ингосстрах» по результатам организованного транспортно-трасологического исследования отказал Эдуарду Трофименко в осуществлении страхового возмещения, указав, что заявленные им повреждения автомобиля не соответствуют обстоятельствам ДТП. Мужчина направил страховой компании претензию об осуществлении страховой выплаты, приложив выполненное по его заказу заключение эксперта, а также просил выплатить неустойку и возместить расходы на проведение экспертизы, однако претензия была оставлена без удовлетворения.
Тогда Эдуард Трофименко обратился к финансовому уполномоченному с требованием о взыскании со «Ингосстраха» страхового возмещения, неустойки, расходов на проведение независимой экспертизы. 4 октября 2019 г. омбудсмен отказал в удовлетворении требований потребителя финансовых услуг. Не согласившись с этим, 26 августа 2020 г. Эдуард Трофименко обратился в суд с иском к страховой компании о взыскании страхового возмещения в размере более 211 тыс. руб., неустойки – 400 тыс. руб., компенсации морального вреда – 15 тыс. руб., штрафа в размере 50% и судебных расходов. Одновременно он ходатайствовал о восстановлении пропущенного процессуального срока подачи искового заявления.
Определением судьи Ленинского районного суда г. Краснодара от 8 июля 2021 г. заявление о восстановлении срока обращения в суд с иском было удовлетворено, а сам он – принят к производству. По итогам рассмотрения дела суд частично удовлетворил исковые требования, оценив заключение судебной экспертизы и признав доказанными факт ДТП и наличие причинно-следственной связи между данным происшествием и повреждениями автомобиля.
15 декабря 2021 г. апелляция отменила решение первой инстанции и отказала в удовлетворении иска, посчитав факт наступления страхового случая недоказанным, а также указав, что срок обжалования решения финансового уполномоченного пропущен истцом по неуважительным причинам и основания для его восстановления отсутствуют. С такими выводами согласился кассационный суд.
Судебная коллегия по гражданским делам ВС отменила постановления апелляции и кассации, а дело направила на новое апелляционное рассмотрение в связи с нарушением норм процессуального права, поскольку суд апелляционной инстанции, установив факт пропуска срока обращения в суд и отсутствие уважительных причин для его восстановления, тем не менее разрешил спор по существу. Кроме того, Судебная коллегия признала незаконными и выводы апелляционного суда по существу спора в связи с нарушением этим судом правил оценки заключений экспертов.
При новом рассмотрении дела Краснодарский краевой суд определением от 3 апреля 2023 г. оставил без изменений решение первой инстанции. Как указала апелляция, рассмотрев спор по существу, суд первой инстанции фактически восстановил пропущенный срок, признав обращение истца в суд законным и в дальнейшем выразив свою позицию в определении от 8 июля 2021 г. Однако 26 декабря 2023 г. кассационный суд направил дело на новое апелляционное рассмотрение, указав, что, отменив определение первой инстанции о восстановлении пропущенного срока подачи искового заявления, краевой суд в постановлении от 15 декабря 2021 г. данный процессуальный вопрос не разрешил, а вновь принятое апелляционное определение также не содержит выводов о наличии или об отсутствии оснований для восстановления срока.
26 июня 2024 г. Краснодарский краевой суд отменил решение первой инстанции и оставил иск без рассмотрения. Он сослался на то, что процессуальный срок подачи искового заявления в суд после вступления в силу решения финансового уполномоченного Эдуардом Трофименко пропущен, а судом первой инстанции этот срок восстановлен не был. Кассационный суд общей юрисдикции согласился с данными выводами.
Эдуард Трофименко обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд. Проверив материалы дела, Судебная коллегия по гражданским делам ВС отметила, что в соответствии с ч. 3 ст. 25 Закона о финансовом уполномоченном в редакции, действовавшей на момент подачи истцом искового заявления, в случае несогласия с вступившим в силу решением финансового уполномоченного потребитель финансовых услуг вправе в течение 30 дней после дня вступления в силу указанного решения обратиться в суд и заявить требования к финансовой организации по предмету, содержащемуся в обращении, в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством РФ.
Ссылаясь на Постановление Пленума ВС от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», Верховный Суд разъяснил, что 30-дневный срок обращения в суд за разрешением спора в случае несогласия потребителя финансовой услуги с вступившим в силу решением финансового уполномоченного, а также 10-дневный срок обжалования страховщиком вступившего в силу решения финансового уполномоченного является процессуальным и может быть восстановлен судьей в соответствии со ст. 112 ГПК при наличии уважительных причин пропуска этого срока.
Поскольку вопрос о принятии искового заявления либо о его возвращении в соответствии со ст. 133 и 135 ГПК разрешается судьей единолично и без судебного заседания, то вопрос о восстановлении указанного 30-дневного срока обращения потребителя финансовых услуг в суд либо 10-дневного срока обращения в суд страховщиком при наличии соответствующего заявления разрешается судьей также единолично и без судебного заседания. При отказе в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного срока судья в том же определении указывает на возврат соответствующего искового заявления в связи с истечением срока обращения в суд. На определение о восстановлении срока и на определение об отказе в его восстановлении может быть подана частная жалоба. ВС заметил, что аналогичное толкование содержалось в Разъяснениях по вопросам, связанным с применением Закона о финансовом уполномоченном, утвержденных Президиумом Верховного Суда 18 марта 2020 г.
Из приведенных положений закона и разъяснений по его применению следует, пояснила Судебная коллегия, что в случае пропуска срока, установленного ч. 3 ст. 25 Закона о финансовом уполномоченном, и ходатайства истца о его восстановлении разрешение искового заявления потребителя финансовых услуг по существу или оставление его без рассмотрения зависит от наличия или отсутствия оснований для восстановления этого срока. При этом выводы суда о наличии или об отсутствии уважительных причин пропуска срока не могут быть произвольными, должны быть мотивированы и основаны на объективном и всестороннем исследовании и оценке доводов заявителя и фактических обстоятельств дела.
Как отметил Верховный Суд, обращаясь с заявлением о восстановлении пропущенного срока подачи искового заявления, Эдуард Трофименко приводил доводы об уважительности причин пропуска этого срока, в том числе связанные с незаконным возвращением судом его первоначального искового заявления, что было подтверждено судом апелляционной инстанции. Суд первой инстанции, разрешив спор по существу, вопрос о восстановлении срока не рассмотрел и названным доводам истца оценки не дал.
ВС указал, что положения ст. 2 ГПК распространяются и на апелляционный суд, который в соответствии с абз. 2 ч. 1 ст. 327 названного Кодекса повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных гл. 39 этого Кодекса.
Со ссылкой на Постановление Пленума ВС от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» Судебная коллегия разъяснила, что суд апелляционной инстанции осуществляет проверку законности и обоснованности не вступивших в законную силу решений, определений судов общей юрисдикции, принятых ими по первой инстанции. По смыслу ст. 327 ГПК повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции. Таким образом, апелляционное производство предназначено в том числе для устранения и исправления ошибок и нарушений, допущенных судом первой инстанции.
Верховный Суд указал, что в нарушение приведенных положений закона и разъяснений постановления Пленума ВС апелляционный суд, констатировав факт пропуска истцом срока обращения в суд, а также указав на допущенное судом первой инстанции нарушение норм процессуального права, выразившееся в нерассмотрении заявления истца о восстановлении этого срока, данное нарушение не устранил и оставил исковое заявление без рассмотрения без оценки доводов истца об уважительности причин пропуска процессуального срока, что не соответствует задачам гражданского судопроизводства, установленным ст. 2 ГПК, и назначению суда апелляционной инстанции.
Таким образом, ВС отменил определения апелляции и кассации, направив дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
В комментарии «АГ» адвоката КА «Династия», к.ю.н. Елена Дьякова отметила, что в данном деле смешались в одно целое различные типы сроков. «Так, процессуальные сроки можно восстановить судом при уважительных причинах пропуска, но принять в производство заявление без восстановления сроков невозможно. Еще есть срок обращения истца в суд, т.е. срок исковой давности. При его пропуске истец имеет право на общение в суд без ходатайства о восстановлении, и суд обязан возбудить производство по нему. Однако в случае указания на пропуск данного срока ответчиком суд может отказать в иске только на этом основании без рассмотрения дела по существу», – пояснила она.
Елена Дьякова указала, что неправомерно восстанавливать срок исковой давности в гражданском производстве, опираясь на процессуальные нормы. Срок исковой давности имеет другую природу – материальную, и для его восстановления применяется иной порядок. «В рассматриваемом случае срок общения в суд является категорией процессуального права, на что и обратил внимание Верховный Суд. Судья единолично рассматривает ходатайство о восстановлении срока. При отказе в удовлетворении указанного ходатайства судья в том же определении указывает на возврат соответствующего искового заявления в связи с истечением срока обращения в суд. На определение о восстановлении срока и на определение об отказе в его восстановлении может быть подана частная жалоба. Если определение о восстановлении срока вступило в силу, то в дальнейшем ответчик не может апеллировать пропуском этого процессуального срока по аналогии с пропуском срока исковой давности. В рассматриваемом деле судья в принципе не рассмотрел заявление истца о восстановлении процессуального срока и не оценил доводы об уважительности причин пропуска», – заключила эксперт.
Юрист Михаил Завертяев заметил, что ВС неоднократно указывал на необходимость оценки всех указанных заявителями жалоб доводов с учетом тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции. В рамках рассматриваемого дела апелляционный суд, указав на пропуск процессуального срока, проигнорировал доводы заявителя о его восстановлении, чем нарушил положения ст. 327 ГПК РФ. «Однако следует обратить внимание и на сам спор: с момента подачи заявления финансовому уполномоченному и до рассмотрения дела Верховным Судом заявитель неоднократно сталкивался с тем, что его доводам не была дана надлежащая оценка. Также в очередной раз мы видим отсутствие единообразного подхода в спорах, касающихся добровольного страхования, что существенно затрудняет защиту прав страхователей», – указал он.
По мнению Михаила Завертяева, определение в большей степени затрагивает нарушения, которые допускаются при пересмотре дел в судах апелляционных инстанций. И вновь ВС обратил внимание на недопустимость формального подхода.